Михаил Кривенчук: «Вал любой ценой никому не нужен»

Михаил Кривенчук – директор ОАО «Рудаково»

Михаил Кривенчук — представитель «дотошного» типа хозяйственника. У таких руководителей все посчитано до копеечки, учтен каждый киловатт, спрогнозированы десятые доли процента. Во многом благодаря этой скрупулезности и бережному обращению с цифрами «Рудаково» занимает почетное место среди наиболее успешных белорусских хозяйств. Впрочем, свои трудности есть и здесь.

— Михаил Михайлович, ваше хозяйство создавалось для обеспечения Витебска молоком и овощами, но это было давно. Какое направление приносит больше прибыли сегодня?

— Средняя рентабельность «Рудаково» за прошлый год находилась на уровне 17%. Всего же в 2010 году хозяйство получило 5 млрд 700 млн руб. чистой прибыли. Какие направления деятельности оказались наиболее выгодными? Честно говоря, бывает по-разному. В одно время животноводство приносит больше денег, в другое — овощеводство. Есть еще гостиница, кафе — они тоже вносят свой вклад. Наконец, до 1 сентября, пока энергетики не изменили условия игры, хорошую прибыль приносила реализация электроэнергии государству.

— Вы сказали, у энергетиков изменились правила игры?

— Это самый болезненный для нас вопрос. Раньше у нас треть года фактически выпадала, т. к. два месяца приходились на смену оборота в теплицах, а потом еще два месяца ждали, пока овощи нового оборота начнут плодоносить. Нацбанк поручил «дырку» ликвидировать и выращивать овощи круглый год.

Решение было достаточно очевидным: нужна светокультура (подсветка овощей). Согласно расчетам рентабельным производство становится только в том случае, если хозяйство использует собственный генератор тока. Оказалось, что тепло, вырабатываемое блок-станцией, на 25% дешевле тепла, получаемого от котельных, а электроэнергия на 15% дешевле вырабатываемой на крупных электростанциях Беларуси.

Написали бизнес-план, специалисты Белорусского теплоэнергетического института сделали расчеты, составили инвестиционный проект, который представили на утверждение Нацбанку. В то время действовала нормативная база, которая позволяла осуществить такой проект: указ президента, постановления Совета Министров, Министерства финансов Республики Беларусь и т. д. Расчеты строились исходя из этих документов, и нам удалось доказать Нацбанку, что проект окупит себя и принесет прибыль.

В соответствии с нормативной базой при продаже излишков электроэнергии для нас устанавливался тариф, который обеспечивал 40%-ную рентабельность продаваемой электроэнергии. В совокупности это дало нам возможность иметь рентабельные овощи, выращиваемые со светокультурой, причем их стоимость на прилавке не отличалась от розничных цен на импортные овощи.

— В чем суть возникших проблем?

— В феврале 2010 года мы подписали акт ввода мини-ТЭЦ в эксплуатацию, а во второй половине марта уже заключили коммерческий договор с «Витебскэнерго» на отпуск излишков электроэнергии в единую энергосеть республики. 16 сентября 2011 года энергетики прислали нам дополнительное соглашение к этому договору, где ссылались на Указ Президента Республики Беларусь № 72 от 25 февраля 2011 года «О некоторых вопросах регулирования цен (тарифов) в Республике Беларусь», постановление Министерства экономики Республики Беларусь № 100 от 30 июня 2011 года, письмо того же министерства от 11 июня 2010 года № 22-01-16/3447 «О расчетах за электрическую электроэнергию с владельцами блок-станций» и письмо Министерства по налогам и сборам Республики Беларусь от 7 июня 2010 года № 10-0065 «О расчетах за электроэнергию». Фактически получается, что с сентября 2011 года мы вынуждены продавать им электроэнергию по 382 руб. за киловатт вместо 741 руб., как это было раньше, т. е. стоимость упала почти в два раза.

— Как новые тарифы отразятся на хозяйстве?

— Во-первых, резко, возможно до отрицательных значений, упадет рентабельность производства овощей. Во-вторых, с 1 октября мы были вынуждены приостановить работу электростанции. В-третьих, выяснилось, что если мы сейчас проводим расчеты по электроэнергии и подаем их в Комитет по энергоэффективности при Совете Министров Республики Беларусь, у нас получается очень дорогая гигакаллория и в отношении хозяйства должны быть применены штрафные санкции. Иными словами, мы не просто потеряли деньги, мы «одним росчерком пера» получили целый ворох трудноразрешимых проблем.

— Тем не менее, дополнительное соглашение вы подписали?

— С одной стороны, нас вынудили его заключить, с другой — мы пошли на это, чтобы иметь возможность потом с данными бухгалтерского учета в руках отстаивать свою позицию: где, чего, сколько и как потеряли. Я оговорюсь, что это не только наша беда, но общее больное место для всех владельцев блок-станций.

Что возмущает? То, что одна государственная структура пролоббировала изменения тарификации, а другая теперь несет убытки! Почему в государстве одно ведомство издевается над другим? Когда мы брали у Нацбанка кредит на строительство мини-ТЭЦ, речь шла о том, что проект окупится, а деньги будут возвращены. Теперь правила игры резко меняются, и в результате построенная за 5 млн евро электростанция превращается в памятник! Кому это нужно?

Грузовичок, на котором продукция тепличного комбината доставляется в магазины Витебска

— Каков общий прогноз по ситуации?

— Я сомневаюсь, что в нынешнем году овощи у нас будут рентабельными. Точно пока сказать не могу, потому что не видел данных баланса за девять месяцев, но ощущение складывается именно такое. При этом, несмотря на то, что стоимость электроэнергии упала в два раза, мы продолжаем приобретать у государства газ по 320 долларов США за 1 000 кубометров — тут никаких скидок нет. Ежегодно мы покупаем примерно 22 млн кубометров газа, цена которого привязана к валюте, и если в минувшем году в самые холодные месяцы мы тратили на газ примерно 1,5 млрд руб., то уже сейчас мы оплачиваем по 3-4 млрд руб. Согласно нашим подсчетам только за газ «Рудаково» по итогам года должно будет заплатить 38 млрд при запланированной выручке в 50. А ведь энергоносители — только часть затрат.

— Как повлияла ситуация с электроэнергией на ваши инвестиционные проекты?

— Для того чтобы ввести в строй запланированные площади теплиц, сейчас ищем источники финансирования. Объекты доведены до 70% стадии готовности, и оставлять их «до лучших времен» нельзя. Я думаю, до нового года все вопросы будут решены.

— Планируете ли вы развивать открытое овощеводство?

— Производство овощей открытого грунта у нас завязано на объемы хранилищ. Сейчас есть возможность хранить 2 700 т, исходя из этого объема, мы и рассчитываем производство картофеля, моркови, свеклы и капусты. Уточню, что 100% произведенных овощей открытого грунта идет на реализацию в Витебск.

— Как обстоит ситуация с экспортом?

— Экспорт сегодня не дает большой прибыли. Нам тяжело конкурировать с российскими овощами. Особенно сложной была ситуация в текущем году. Тем не менее, нам удалось получить необходимую для нормальной работы хозяйства сумму — 6-7 млн. рос. руб.

— Поставки идут только в Россию?

— Сейчас, да. Мы пробовали выйти на рынки Евросоюза, но там ситуация еще сложнее: как бы мы не хотели пролезть с огурцами и томатами, у европейцев цены ниже. Фактически белорусские овощи с европейскими могут кое-как конкурировать только 2-3 месяца в году. Но как только начинаются поставки из Испании и других «солнечных» стран, мы сразу прекращаем работу — бесперспективно.

— Куда именно продавали?

— В Латвию. У «Рудаково» заключен договор с рижскими гипермаркетами.

— Можете кратко ответить, за счет чего белорусские овощи получаются дороже импортных?

— К примеру, в Испании намного ниже затраты на обогрев и намного выше уровень освещенности по сравнению с Беларусью. Отсюда и возможность снижать цены.

— Что для вас является более перспективным: продажи на внутреннем или на внешнем рынке?

— На внутреннем рынке цены на овощи всегда выше, чем в России или Евросоюзе.

— То есть с ними в принципе невозможно конкурировать по цене или чего-то не хватает?

— В нынешней ситуации в принципе невозможно. С учетом затрат, которые мы несем и которые, естественно, закладываются в стоимость, мы не можем на выходе получить конкурентоспособные цены.

— Можно ли снизить стоимость овощей на внутреннем рынке?

— Известно, что государство выделяет сельхозпредприятиям дотации на закупку техники, приобретение удобрений и т. д. Мы, как тепличное производство, ни копейки из этих госдотаций не получаем, за энергоносители, удобрения и прочее рассчитываемся самостоятельно. Только на минеральную вату ежегодно нужно около 150 тыс. евро. При этом цены на нашу продукцию государство контролирует. Мне кажется, такая ситуация не совсем справедлива. Контроль за ценами логичен, когда тот или иной сегмент дотируется — молоко, зерно и др. Нет вопросов. Но наша продукция не дотируются, а предельные отпускные цены существуют. Другое дело, если бы государство нам помогло, хотя бы с минеральными удобрениями.

— По какой схеме осуществляется реализация овощей в Витебске?

— Раньше мы работали через посредников, но лет пять назад посчитали, что выгоднее действовать самостоятельно. Закупили 16 автомобилей и теперь сами развозим товар по 150 торговым точкам. Отгрузки идут ежедневно до глубокого вечера.

В 2011 году впервые сделали градацию по цене. Благодаря новой сортировочно-фасовочной линии мы получили возможность разделить томаты на премиумный и обычный классы. Стоимость томатов премиум-класса на 10% выше, но и овощи туда идут отборные, вымытые, откалиброванные по размеру и цвету.

— «Рудаково» может похвастаться хорошо развитой сферой услуг, что нетипично для пригородных хозяйств…

— Да, у нас хорошо работает отдел питания — кафе и бар. Все выходные и праздничные дни расписаны практически на год вперед. Мы готовим обеды и в обеденный перерыв за 2-2,5 ч ежедневно кормим 300-350 человек. Кроме того, оказываем услуги организациям по приготовлению обедов. Выигрываем за счет арендной платы. Расположенные в городе предприятия общественного питания вынуждены вносить ее в затраты, а мы на этом экономим. Плюс собственные овощи. Можем даже позволить себе без ущерба для рентабельности закупать на мясокомбинате лучшее мясо. В результате средняя стоимость обеда получается в районе 12-17 тыс. руб. Согласитесь, по сегодняшним меркам более чем доступно. При этом столовая приносит устойчивую прибыль.

Гостиничный номер в «Рудаково»

Еще есть небольшая гостиница на 16 номеров. Заполняемость даже в обычные дни почти стопроцентная, а во время «Славянского базара» можно считать, что этой гостиницы и вовсе нет (смеется), — все занято. За счет чего обеспечили такую популярность? Ценами, конечно. Сделали дешевле, чем в городе, процентов на 20 — вот и весь секрет. Гостиница сделана хорошо, со вкусом, при ее строительстве ориентировались на небольшие частные отели за рубежом.

— Затронули ли вас проблемы, с которыми столкнулись многие предприятия в 2011 году: — отсутствие валюты, рост цен на сырье и материалы?

— Да, затронули. Фонды потребления выросли в пять раз, а цены остались практически на прежнем уровне. До середины сентября мы доили 16,5 л молока на корову. Потом взвились цены на кормовые добавки, БВМД, премиксы, комбикорма… Продавцы быстро отреагировали на изменение курса: рапсовый шрот — 2 млн за тонну, подсолнечниковый шрот — 2,5 млн, а ведь в прошлом году цена равнялась 450 тыс., в позапрошлом — 220 тыс. руб. В общем, внезапно оказалось, что молоко у нас нерентабельное. Пришлось максимально оперативно пересматривать рационы. В результате показатели снизились до 15 л, но рентабельность осталась на уровне 30 %. Ведь вал любой ценой никому не нужен. Наша задача и главная цель — рентабельное производство. Вот исходя из нее и работаем.

Рассказать друзьям:

Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Одноклассники