Хозяйка «Великого Двора»

Директор ОАО «Великий Двор» Ольга Луцык

От личности руководителя напрямую зависит эффективность бизнеса. «Великий Двор» – можно приводить в пример как лучшее подтверждение этого тезиса. Только средний удой от коровы по итогам 2012 года здесь составил 8230 кг – 11 результат по стране. По другим показателям ОАО тоже занимает лидирующие позиции. Последние 42 года хозяйство возглавляет Ольга Луцык – человек, обладающий непререкаемым авторитетом, не только в рамках родного хозяйства. О том, как худший колхоз превратился в лучший, переносе японского опыта на белорусскую почву, нюансах производства и мотивации сотрудников Ольга Алексеевна рассказала «БСХ».

Путь в председатели

– Мой трудовой стаж 52 года из них 42 я проработала в этом хозяйстве. Родом я из Украины. В Беларусь попала благодаря брату, который работал председателем колхоза «Путь к Коммунизму» – сейчас это ОАО «Рочевичи» Столбцовского района. После того, как окончила техникум, в феврале 1962 года приехала в колхоз «Путь к Коммунизму» агрономом. Также меня избрали секретарем комсомольской организации. Через пять лет пошла на повышение – заместителем председателя колхоза и секретарем партийной организации в колхоз «Победа» – сейчас ОАО «Родина Якуба Коласа». Вскоре в аварию попал главный агроном хозяйства, и мне пришлось тянуть три должности: зама, секретаря и агронома.

Колхоз у нас был очень хороший. Однажды приехали Дмитрий Тябут – председатель Минского облисполкома и Иван Поляков – первый секретарь Минского обкома КПСС, а председателя на месте не было – уехал в отпуск. По всем отраслям докладывала я: экономика хозяйства, растениеводство, животноводство, машино-тракторный парк и так далее. Гости сначала поинтересовались, кем я работаю, а затем Альфонс Тишкевич – секретарь Столбцовского райкома партии предложил выдвинуть меня руководителем в какое-нибудь хозяйство.

На выбор предложили два варианта. Первым был колхоз «Радуга» – нынешнее ОАО «Желтый берег». Это хозяйство входило в первую пятерку района по всем основным показателям, но я и от него отказалась и выбрала «Великий Двор» – худший колхоз в районе. Поляков решения не понял, мол, мы же хороший вариант предлагали! Что случилось? На что я ему ответила: «Знаете, что, Иван Евтеевич, я – агроном, закончила академию и знаю, какие земли в районе лучше: в «Радуге» – песок, а здесь тяжелые и легкие суглинки, подстилаемые мореной – будут урожаи». Учла и другие факторы. Рядом же Городея, а это сахарный завод, льнозавод и железнодорожная станция. Если я буду закупать минеральные удобрения, есть разница: везти их 7 километров сюда или 55 в «Радугу». Поляков послушал и говорит: «Все равно не понимаю – там же нет ничего!». Отвечаю: «Все получится, были бы люди».

Завоевание авторитета

Хозяйство было немаленьким – 1560 человек. Машино-тракторный парк состоял из 80 тракторов и 60 автомашин, но большая часть операций, которые сейчас механизированы, делалась вручную. Первая моя посевная началась 27 марта 1972 года – сеяли на болоте овес и высаживали рассаду кузики.

Основная проблема состояла в том, что в хозяйстве практиковалась почасовая оплата труда без учета выработки и качества. Поэтому, первое, что я сделала – ввела нормы выработки. Многим сначала, это, конечно, сильно не понравилось. Помню, пришла я на поле, где шла прополка кузики, собрались человек 150 и как начали кричать… и кричали, кричали… Я стою – молчу. Люди видят, что я не пытаюсь их перекричать, и сами начали стихать. Тогда я и говорю: «Бабоньки, я знаю ваш труд, я сама с вами работаю день и ночь, но почему вам всем одинаково платят за восьмичасовой рабочий день, если одна успевает прополоть полтора гектара, а другая вдвое меньше? Разве это справедливо? Я вас уверяю, что через год вы получите дополнительную оплату. Только я вас очень прошу – делайте то, что я скажу». Когда они в конце года впервые получили по 50-60 рублей дополнительной оплаты – отношение ко мне резко поменялось.

Машеров

В первый год моего председательства мы завершили уборочную раньше всех в районе. Мои комбайнеры закончили работу и собрались в конце поля, а в это время мимо как раз проезжал Петр Миронович Машеров – увидел, что комбайны стоят, заинтересовался. Мы подъезжаем с цветами и тортом, а шофер мне говорит: «Алексеевна, смотри – Машеров возле комбайнеров!». Я ему: «Глупости! Какая-то «Волга» остановилась, а у тебя сразу «Машеров-Машеров». Где кортеж? Где охрана?». Мы подъехали и сомнения рассеялись — Первый секретарь ЦК сидит на земле, на какой-то фуфайке, возле него лежат три пачки «Беломора» и уже мои комбайнеры курят папиросы – общаются.

Подошла и я, а Машеров спрашивает: «Девочка, вы здесь учетчиком работаете? Я отвечаю «нет». Агрономом? Нет. А кем тогда? Тут один из комбайнеров и говорит: «Это наш председатель!» Петр Миронович поднимается, обнимает меня, целует в щеку и спрашивает у комбайнеров: «А вы ее слушаетесь?» Комбайнеры ему в ответ: «Попробуй ее не послушайся!». «Что, дерется?» – смеется Машеров? Ну и комбайнеры тоже смеются, да, мол, дерется.

Я рассказала Петру Мироновичу все как есть: и про хозяйство, и про долги. Он слушал-слушал, а потом спрашивает: «Как скоро сможешь отдать?». Ну и я говорю, что если председатель райкома не будет мешать и добавлять планы, то за полтора года все верну. «Помочь чем надо?» – спрашивает Машеров. «Нет, – отвечаю – если вы мне поможете, я не буду знать на что я сама способна, будем рентабельны – тогда и поможете».

Через полтора года мы действительно вышли из долгов и дали первую дополнительную оплату: восемь копеек на каждый заработанный рубль. Я так понимаю, что Петр Миронович отслеживал ситуацию в хозяйстве, потому что сразу после этого опять приехал и снова без охраны – только с водителем, нашел меня и снова спрашивает: «Чем тебе помочь?». «Рано – отвечаю. – Давайте сначала окончим пятилетку». Тогда он мне говорит, «Хорошо – дело твое, но в таком случае я хочу, чтобы ты побывала в Японии и Голландии – у тебя совсем другой взгляд на мир станет, и отношение к работе изменится». И мне оплатили эти поездки.

Ну, а к 1980 году колхоз «Дружба» уже входил в пятерку лучших хозяйств района. Меня наградили вторым орденом «Трудового Красного Знамени», колхоз представляли на ВДНХ, и там я получила за достижения серебряную медаль.

О мотивации

После разговора с Петром Машеровым я выехала заграницу. Сначала, если не ошибаюсь, в 1975 году на Кубу – там была учеба по выращиванию черно-пестрой породы. Потом были Япония, Германия, Польша, Нидерланды, Израиль и Индия – и везде я знакомилась с местным производством.

После того, как я побывала в Японии, у меня совершенно изменилось представление о том, как надо руководить хозяйством. Я увидела, как японцы выстраивают корпоративную культуру, как с юного возраста формируют такое отношение к работе, чтобы она приносила радость. К слову, на заводе «Тойота», где мы были, пъяниц сажали рядом с проходной в специальную «будку». Они не работали, получали зарплату, как все, но целый день сидели в «будке» и это было очень стыдно.

Когда я вернулась, то стала пробовать сформировать похожее отношение к труду у себя. Например, мы начали давать дополнительную оплату по итогам работы за год. Первый раз ее получили все, а потом дополнительные деньги выплачивались только тем, кто не пьет и не имеет нарушений трудовой дисциплины. Это дало эффект, поэтому у меня и сейчас все так выстроено. Другая ситуация – человек заболел. Если он не нарушал трудовой дисциплины, то, кроме оплаты больничного листа, получит еще материальную помощь на приобретение медикаментов. Также выплачиваем материальную помощь на оздоровление уходящим в отпуск работникам, обеспечиваем кормами по льготным ценам личные подсобные хозяйства, бесплатно обрабатываем дополнительные приусадебные участки, выделенные в севообороте для посадки картофеля.

Еще я скажу – очень важна духовность и нравственность. Мы построили храм, и стараемся жить и работать, соблюдая 10 заповедей.

О показателях эффективности

Еще меня впечатлило в Японии – стремление к внедрению новой техники. Я первая в районе купила самоходный кормоуборочный комбайн Е-280. Одна из первых, где-то в 1978 году, стала убирать травы, укладывать их подвяленные в ямы и сильно трамбовать. Опять же именно наше хозяйство первое в районе купило зерноуборочный комбайн МЕГА-218 Claas, на котором в 1998 году наш комбайнер занял первое место по намолоту зерна и был награжден легковым автомобилем на фестивале «Дажынки».

В 1990 году построили комплекс по откорму КРС на 3000 голов и таким образом механизировали труд животноводов на производстве говядины. Первыми в районе мы построили и молочно-товарную ферму с доильным залом, доение на доильной установке типа «Елочка 2×14» с быстрым выходом производства немецкой фирмы Westfalia.

За 2012 год рентабельность говядины – 73,7%, а молока – 101%. Все удивляются, почему? Во-первых, потому что мы уже много лет сами из своего зерна производим комбикорма для собственных нужд. Разрабатываем оптимальную рецептуру для различных групп скота, покупаем необходимые добавки. Поэтому и стоимость кормовой единицы, скормленной скоту, гораздо ниже, чем в других хозяйствах, а ведь удельный вес стоимость кормов в себестоимости продукции животноводства составляет от 50 до 60%. Сейчас в «Великом дворе» две установки по производству комбикорма и еще планируем купить гранулятор.

Кроме того, уже 20 лет, как мы занимаемся селекцией скота. Мы называем «элитой» коров, которые дают больше 50 кг молока. У меня таких – 60 голов. Отслеживаем приплод, на воспроизводство оставляем только лучших. Кстати, в Израиле меня научили, как правильно покрывать телку. У нас говорят, что покрывать можно, по достижении веса в 380 кг, а израильтяне, которые получают 11-12 тонн молока от коровы, говорят – нет, это неправильно. Покрывать надо тогда, когда телка приходит в охоту. Пришла она в 300 кг – делай, а уже потом обеспечь такой привес, чтобы за 9 месяцев она телилась весом 500-540 кг – будут хорошие растелы.

Конечно же, самое важное, строгое соблюдение технологии производства продукции, как в животноводстве, так и в растениеводстве. Пошел рост молока, привесов и, соответственно, росла выручка, а раз есть деньги, значит, есть возможность что-то строить, обновлять технику и так далее. Кредитов принципиально много не берем – только на строительство.

***

В хозяйстве сейчас работает 153 человека. Корпус специалистов, которых собрала под свое начало председатель, считается лучшим в районе.
– Когда-то меня сотрудники называли Анжела, в честь Анжелы Дэвис, которая боролась за права негров, – смеется Ольга Алексеевна. – Теперь только «бабушка Оля». Ну и я их, соответственно – «детки». Потому что как иначе? Ведь я сейчас работаю с внуками и правнуками тех, с кем начинала 40 лет назад.

Записал Евгений Ерошенко «Белорусское сельское хозяйство» №3, 2013

Рассказать друзьям:

Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Одноклассники